0 р.
Оформить заказ
Ремонт и переделка
клинков в армии
Во всех оккупированных регионах армию сопровождали ремонтные
подразделения. Наряду с починкой покрытий и ножен они могли заниматься
изготовлением клинков, используя различные описанные выше методы (а возможно,
также и другие) в зависимости от квалификации армейских оружейников и имеющихся
в наличии материалов.
Некоторые мастера, похоже, переезжали в оккупированные
районы по своей воле, чтобы изготавливать клинки для армии по контракту. В
книге Френсиса Бойда «Накадзима моногатари» рассказывается, как один такой
кузнец по имени Мунэё си Накадзима23 перебрался примерно в 1942 г. в
Пекин и построил там кузницу, в которой на него работали китайцы – десять
ремесленников и один кузнец. По контракту он обязан был поставлять армии 300
клинков в месяц, что и делал, а в придачу к этому даже выполнил подвернувшийся
специальный заказ. Материалом ему служили рельсы английского производства с
маркой «Шеффилд», потому что их верхняя часть всегда бывала плющенной и имела
слоистую структуру. Нижнюю секцию он выбрасывал. Рельсы воровали китайцы и
продавали кузнецу на черном рынке. Любопытно, что Накадзима закаливал все 300
штук за одну ночь, не покрывая клинки глиной и накаляя на огне область якиба
докрасна. Потом он приступал к закалке. Качество продукции было весьма
сомнительным, но внешне эти «полосы рельсов» могли походить на старые мечи
традиционной школы Бидзэн и продаваться намного дороже образцов стандартного
производства.
Кузнецы, работавшие самостоятельно, могли ставить свои
подписи на хвостовиках, но место производства указывали далеко не всегда.
Авторам никогда не приходилось читать надписи типа «сделано в Пекине».
Известны клинки, изготовленные мастерами, которые работали
вдали от родины либо самостоятельно, либо в ремонтных подразделениях. К примеру:
«Такакадзу, правитель Томари в Ямато [почетный титул), во время пребывания в
армии в Сайгоне, октябрь 1942 г.» и «Исихара Канэтада на острове Сингапур.
Февраль 1945 г.»
Фабричные стали
Тамахаганэ, заготовленная традиционным способом,
использовалась только для гэндайто. На все остальные клинки шла сталь,
произведенная по различным западным технологиям. Естественно, ее качество
варьировалось так же, как и сырье, из которого она была получена: от западного
металлолома до местной или импортируемой железной руды.
Порой в надписях на хвостовиках указывается сталь или руда,
которые применялись при изготовлении клинка. К примеру: «Мантэцу» (маньчжурское
железо); «железо Каймэн» (из Маньчжурии); «сталь против ржавчины от Тайка»;
«нержавеющая сталь из Ниисин» (не идентифицирована); «Песчаное железо из
префектуры Тоттори» (Япония); «сталь Ясуки» (из провинции Идзумо, Япония);
«сталь из орудия боевого корабля «Микаса» (регулярно использовалась всего одним
кузнецом – Минамото Хидэаки); «сталь Гунсуй» (из префектуры Гумма, Япония).
Производство Гунсуй-хаганэ получило развитие в течение Второй мировой войны в
весьма ограниченных масштабах. Оно основывалось на технологии производства
стали, рафинированной электрическими методами и способной заменить тамахаганэ.
Эксперимент, однако, не был успешным.
Формы клинков
На рис. 59 показаны различные формы клинков, оправленных
приборами мечей военного времени. Наиболее распространенная – синоги-цукури,
типичная для традиционных мечей вакидзаси, катана и тати и сохранившая
популярность в мечах армейских и морских офицеров, поскольку зарекомендовала
себя как хорошее рубящее и режущее оружие.
Другие однолезвийные клинки с долами вводились специально
для мечей массового производства. На рис. 59 (V), (VI) воспроизведены также две
редкие формы традиционных мечей, хотя их использование было очень ограничено.
Полировка
Клинки традиционной формы синоги-дзукури полировались для
выявления особенностей, которые считались важными для внешнего вида хорошего
клинка: «хада», «ниэ», «ниои». Процесс полировки осуществлялся опытным
ремесленником вручную посредством последовательного применения специальных
камней различной твердости и зернистости. Во время войны так полировали только
лучшие клинки. Основная же масса подвергалась частичной или полной машинной полировке.
На военных предприятиях на этой операции были задействованы и женщины (см. на
ил. 285).
Мастера мечей Гэндай
В течение периода Сёва работало свыше 800 кузнецов различной
квалификации, однако число продолжающих делать тамахаганэ гэндайто (настоящие Нихонто)
неизвестно.
Армия приглашала кузнецов-частников (кадзи) предъявлять образцы
своей работы для инспектирования и тестирования. Последнее включало в себя
проверку режущих способностей (тамэсигири), остроты, сгибания при ударе и
ударной вязкости. Если клинок проходил тест, кузнецу присваивали звание
«Рикугун дзюмэй тосё» (т.е. почетный кузнец армии), что давало ему право на
получение 7,5 кг (16.5 фунта) тамахаганэ для каждого нового клинка. Некоторые
«кадзи» подписывали и предъявляли на тестирование качественные клинки других
оружейников. Следовательно, не все «Рикугун дзюмэй тосё» могли производить гэндайто,
а применяли иные методы изготовления, хотя их подписи на хвостовиках
предполагали традиционный способ производства24. Исследования
показали, что в одном только Сэки во время войны 209 кузнецов обладало этим
статусом25.
Имура Касё опубликовал список из 20, по его мнению, «лучших
оружейников-кузнецов гэндай периода Сёва»26. Они идут в порядке
уменьшения заслуг: 1. Гассан Садакацу; 2. Хории Тосихидэ; 3. Такахаси Ёсимунэ;
4. Касама Сигэцугу; 5. Ватанабэ Канэнага; 6. Курихара Акихидэ; 7. Кадзияма
Ясутоси; 8. Амада Садаёси; 9. Сибата Ка; 10. Кадзияма Ясутоку; 11. Миягути
Тосихиро (Ясухиро); 12. Имаи Садасигэ; 13. Мориока Масатака?; 14. Цукамото
Окимаса; 15. Эндо Мицуоки; 16. Морицугу Норисада; 17. Фудзита Тадамицу; 18.
Накао Тадацугу; 19. Икэда Ясумицу, 20. Тикусю Нобумицу. В подобных списках,
составленных другими учеными, имена кузнецов могут идти в другом порядке, но
состав их в целом не меняется.
В список включены четыре кузнеца, работавшие в Ниппон-то
Танрэнкай. Этот важный центр был основан под патронажем армии в июле 1935 г. в
храме Ясукуни (Токио). Целью его организации стало производство гэндайто
традиционным способом из тамахаганэ, полученной в собственной храмовой
плавильне татара, находившейся в префектуре Симанэ. Деятельность такого центра
также должна была способствовать сохранению классической технологии
изготовления истинных японских мечей и восстановлению ряда старых методов,
считавшихся к тому времени утраченными.
Созданный как неприбыльное предприятие и школа кузнецов,
Ниппон но Танрэнкай состоял из пяти мастерских, в которых в течение почти
11-летнего периода, вплоть до его закрытия в ноябре 1944 г., работало примерно
30 человек. За это время было произведено около 8000 клинков, которые сейчас
чрезвычайно ценятся коллекционерами.
Несмотря на то, что в случае распределения мечей по военным
каналам эти клинки, наряду со всеми образцами, сделанными другими известными
кузнецами, проходили военное инспектирование, штампы на них не ставили. Каждый
кузнец подписывался двумя иероглифами своего имени и обозначал дату. Наставник
или ученик, прошедший курс обучения и получивший квалификацию кузнеца, оставаясь
работать в храме, получал право включать в свой производственный псевдоним
иероглиф «Ясу». Ниже приводится список профессиональных имен кузнецов и
выпускников школы с указанием периода работы в качестве мастера храма Ясукуни и
числа изготовленных образцов, что представляет для коллекционера особый интерес27.
Были другие ученики, включая Мориваки Масатака (см. ниже),
которые, судя по всему, за время работы в Ясукуни не прошли полный квалификационный
курс.
Другой важный центр был основан военно-морским ведомством в храме Минатогава близ Кобэ в 1940 г.28 Его главным инструктором стал Мориваки Масатака, работавший там четыре с половиной года и создавший около 1000 клинков ручной ковки для Морской Академии. Образцы, изготовленные в этом храме, определяются по штампу «кикусуй» (цветок хризантемы, плывущий по воде, см. рис. 61 (XVI)), который располагается над подписью. Согласно информации, полученной Крисом Боуэном в Японии, они представляли собой тамахаганэ гэндайто, хотя у военно-морских сил не было своей татара. По всей вероятности, на нужды флота шли излишки тамахаганэ из татара Симанэ. Среди других известных объединений кузнецов можно отметить Нихонто Танрэн Дэнсюдзё (Институт Ковки Японских Мечей), Токивамацу Танрэн Кэнкюдзё, Канадзава Танрэндзё, Окура Танрэндзё и т.д.
Армейские кузнецы
Кузнецы, работавшие на армию, именовались «Рикугун Тосё»
(буквально «мастер армейских мечей»). В их число входили как квалифицированные
работники, так и их ученики. Некоторые могли заниматься изготовлением гэндайто
из фабричной стали. Однако в массе своей это были бывшие ножовщики или мастера
по металлу невысокого уровня, призванные на военную службу.
Значительная часть кузнецов военного времени принадлежала к
разряду «Рикугун Тосё» и производила клинки различными описанными ранее
методами с применением закалки в масле.
Самый крупный центр производства таких образцов находился в Сэки, где функционировала целая серия кузниц, представлявших собой независимые предприятия, которые поставляли продукцию армии (и в меньшем объеме флоту). Это был японский эквивалент немецких компаний Золинген, сконцентрировавших производство холодного оружия для Третьего рейха. До 1941 г. они работали на контрактной основе, поставляя армии определенную квоту своей продукции. Помимо этого, они могли продавать часть изделий или некоторые излишки самостоятельно, а также принимать другие заказы. Некоторые кузнецы участвовали в различных соревнованиях по изготовлению клинков и даже одерживали победы, хотя качество их работы не установлено. В конце 1941 или в начале 1942 г. Департамент Армейских Мечей установил контроль над этими маленькими компаниями и их продукцией, по всей видимости, ограничив частное предпринимательство.
По поручению Департамента Армейских Мечей для производства
клинков были задействованы даже рабочие резервы тюрем. К примеру, главным надзирателем
тюрьмы Окаяма (в провинции Бидзэн) был Тёунсай Эмура (Нагамицу), по профессии
кузнец. В 40-х гг. он открыл при тюрьме кузницу, где одни заключенные работали
подмастерьями, а другие – занимались олировкой. Подобная система существовала и
в тюрьме Такаяма (в провинции Хида). В ее кузнице клинки изготавливались
мастерами Хаттори Масахиро и Исихара Масанао. Их изделия отличаются ненормально
толстыми, как вспухшими киссари (острие клинка), похожими на те, которые
встречаются на старых мечах, протыкающих доспехи. Чем было вызвано появление подобной особенности на клинках
совсем иного времени, неизвестно. Другой необычной и уникальной чертой клинков
Такаяма является включение в надпись имени заключенного полировщика. В
настоящее время известно несколько различных имен, но пока каждое из них
встретилось только по одному разу.
В обозрении «Стратегическая бомбардировка США» за январь
1947 г. в разделе «Японские стандарты жизни использования живой силы в военное
время», в таблице JJJ
приведена следующая информация о числе «заключенных в тюремных мастерских»,
занятых производством мечей: март 1941г. – цифра отсутствует(0?); март 192г. –
240; март 1943г. – 290; март 1944г. – 303; март 1945г. – 380; август 1945 –
цифра отсутствует. Среди них были кузнецы , полировщики и т.п. Количество
произведенных мечей не установлено.
Штампы военной
инспекции (приемочные, регистрационные и др.)
На хвостовиках многих клинков с гарнитурой син-гунто и
кай-гунто над подписью кузнеца имеются маленькие штампы, которые, впрочем, иногда
можно обнаружить и на неподписанных экземплярах. Ряд подобных штампов, хотя,
вероятно, и не все, показан на рис. 61, 62. Авторы предполагают, что некоторые
из них являются отметками военной инспекции или приемочной маркировкой, а
другие могут быть специфическими товарными знаками или же иметь отношение к
процессу производства, возможно, по запатентованной технологии.
Эти штампы являются своеобразным феноменом периода Сёва
(после 1926 г.). Наиболее вероятно, что они появились в конце 1930-х гг. и использовались
вплоть до 1945 г. На хвостовиках клинков периода Мэйдзи-Тайсё (1868-1925 гг.) ничего
похожего не обнаружено. Армейские штампы добавляли на клинки, очевидно, в
центральных хранилищах или коллекторах, предположительно, после визуальной
экспертизы, чтобы подтвердить «принятие» или «пригодность» для вооруженных сил29.
Информации из Японии об истинном назначении таких штампов нет. Таким образом, они
воспроизведены и предварительно классифицированы на основании осигата (рисунок,
копированный притиранием) более тысячи клинков периода Сёва. На хвостовиках
иногда встречаются штампованные номера, но они, по-видимому, являются
серийными. Написанные краской цифры и иероглифы скорее всего относятся к
процессу сборки.
К армейским арсеналам, занимавшимся производством мечей,
принадлежат следующие: Кокура, Коисикава (оба в Токио), Токийский № 1, Осакский
(Осака) и Нагойский (Нагоя). Морскими арсеналами являются Тоёкава, Иокогама и
Ёкосука. Большинство из них, по всей вероятности, использовало свои
инспекционные или регистрационные штампы, которые, однако, с полной уверенностью
идентифицировать невозможно. Арсеналами, изготовлявшими мечи за границей, были Мукденский
в Маньчжурии и якобы Дзинсэн30 в Корее. Последний известен как
производитель штыков, и пока не обнаружено ни одного клинка, подтверждающего,
что в этом центре также делали мечи.
То же самое можно сказать и о контролируемых японцами арсеналах
в Китае. Точно установлено только то, что в Нанкине и Тяньцзине был налажен
выпуск штыков.
Высокий процент сломанных в Китае мечей, очевидно, привел к
необходимости ввести инспекционную систему и маркировку, начинающуюся с самого
распространенного штампа «Сё».
«Сё» (аббревиатура «Сёва») (рис. 61 (I)), судя по всему, общепринятый военный
(или армейский)
штамп, который не относится конкретно ни к одному из центров
производства клинков до конца 1941 или начала 1942 г.
Самая ранняя зафиксированная дата — май 1940 г. Большинство
образцов представляет собой «сунобэ абура яки-ирэ» (вытянутая, выкованная и закаленная
в масле сталь фабричного производства), а не арсенальные клинки машинного производства.
Вероятно, их использование ограничивалось продажей через Клуб Армейских Офицеров
(Кайкося), а это означает, что их могли покупать и частным образом31.
Примерно в конце 1941 или начале 1942 г. кузнецы были
поставлены под контроль Департамента Армейских Мечей. С этого времени штамп
«Сё», похоже, заменили маркировкой различных центров производства клинков32.
Наиболее распространенным штампом является «Сэки» (рис. 61 (ІХ)), обычно встречающийся
на клинках с декабря 1941 г.33 Ни «Сё», ни «Сэки» не указывают на
метод изготовления клинка. Единственное, что можно сказать, – такие изделия не
принадлежат к разряду тамахаганэ гэндайто.
Имеются и другие штампы, хотя по большей части их значение неизвестно
или точнее пока не определено. Судя по всему, не все они относятся к военной
маркировке. По крайней мере, четыре штампа с рис. 61 (XVII), (XVIII), (XXII), (XXIV) представляют частных
производителей и (или) поставщиков. Японские источники склоняются к тому, что
латинские буквы, включенные в ряд штампов (рис. 61 (XIV), (XXI)), являются инициалами владельцев,
но это кажется маловероятным, так как (XIV) был обнаружен как на армейских, так и на флотских образцах34.
Штамп «тан» (рис. 61 (V)) – японский иероглиф, обозначающий «ковать». Он, очевидно, указывал
на изделие ручной ковки, может быть, на гэндайто из фабричной стали, но в
равной степени мог обозначать также и частично выкованные клинки худшего
качества. Являлся ли он военной маркировкой, вопрос дискуссионный. Такие клинки
обычно подписаны кузнецами, проживающими в Сэки в провинции Носю. Самый ранний
из образцов, известных авторам, датирован 1942 г. Иногда в надписи на
хвостовике присутствует термин «выкован».
Штамп «син ганэ иру», обозначающий «настоящую вставленную
сталь» (рис. 61 (VI))
также может указывать на процесс производства35. К какому классу
относятся такие клинки, не совсем понятно, но скорее всего они масляной
закалки.
Принято считать, что штамп «звезда» (рис. 61 (Х)) ставил кузнец
гэндай, назначенный армейским командованием экспертом для отбора и закупки
клинков хорошего качества у мастеров, которые работали индивидуально. У
образцов с подобной отметкой надписи на хвостовиках относятся к Сэки, а также к
Токийскому арсеналу № 1 и Осакскому. Очевидно, штамп ассоциировался с гэндайто
из фабричной стали (см. соответствующую главу) и, возможно, с лучшими образцами
хан-танрэн абура яки-ирэ. Самый ранний клинок со «звездой» датирован 1937 г.,
что само по себе очень подозрительно, так как все остальные экземпляры, помеченные
таким же образом, изготовлены после 1942 г.
Арсенал в Нагоя также производил клинки36. Крохотный
значок «На» (сокращение Нагоя) попадается иногда на клинках, как правило, подписанных,
но без указания на какое-либо предполагаемое место производства (рис. 61
(ХІІІ)). Обычно этот штамп ассоциируется с произведенным в арсенале
огнестрельным оружием. Клинков (со штампом или без него) с надписью на
хвостовике, в которой упоминается Нагоя, не обнаружено.
Похоже, что все образцы со штампом «На» закалены в масле.
Иногда можно встретить маленькие колонки из японских
иероглифов и номеров около кончика хвостовика подписанных клинков, часто в сочетании
со штампом «Сё». К сожалению, правая колонка на немногих попавших в поле зрения
авторов и доступных для обследования экземплярах трудноразличима, так что
полный перевод сделать не удалось. В центральной колонке значится «экземпляр №
212659». Это стандарт для всех подобных клинков, поэтому, очевидно, является патентным
или регистрационным номером. Надпись в левой колонке понять довольно трудно,
по-видимому, она как-то связана с процессом производства: Хо (обернуть) или
Куруму (обернуть, укрыть в), Тэцу (сталь), Танрэн (ковка, закалка), То (меч)
или Катана (клинок), Ин (печать, штамп). Вероятно, ее можно расшифровать
следующим образом: «[Эта] печать [подтверждает], что клинок выкован (с помощью
скрытой стали». Не исключено, что здесь подразумевается использование для
сердцевины и наружного кожуха клинка двух типов стали разной твердости. Данное
предположение подкрепляется и присутствием штампа «Син ганэ иру» (рис. 61 (VI)). Неразличимая правая колонка,
должно быть, информирует о компании изготовителе. Судя по качеству клинков, они
подвергались масляной закалке (абура яки-ирэ).
На клинках, сделанных Южно-Маньчжурской Железнодорожной
компанией или изготовленных специально для нее, может присутствовать логограмма
компании (рис. 61 (ХІХ)), однако такие отметки встречаются только на изделиях,
датированных 1938 г. Другой маньчжурский штамп «Нан» (рис. 62 (ХХ)), означавший
«Юг», принадлежал арсеналу в Мукдене. Он известен только на клинках Мантэцу,
очевидно, сделанных под контролем армии в 1940-х гг.
В редких случаях на разных сторонах одного хвостовика можно
увидеть комбинацию штампов, например, «Сэки» и «звезда» (на клинках сентября 1944
г. и января 1945 г.); «Сэки» и «Ги»37 (рис. 61 (ІІ)) (на клинках с
мая 1944 до мая 1945 г.).
Предназначенные для армии клинки массового фабричного производства в период ок. 1870-1933 гг. выпускали арсеналы Токийский и Коисикава (Токио), в период 1929-1945 гг., арсенал Кокура. Все они использовали маркировку «четыре пушечных ядра» (рис. 62 (I)). Однако тот же штамп обнаружен на одном подписанном, но недатированном клинке кузнеца Масаясу из провинции Бисю. Любопытно, что ни один из датированных военным временем клинков этого мастера не имеет вообще никакого штампа. В действительности ряд первоклассных кузнецов контролировал производство и работал в арсеналах. В их число входили Гассан Садакацу (Осака), Ёсихара Кунииэ (Токио) и Моритакэ Ясухиро (Кокура)38. Тем не менее, ни на одном из известных в настоящее время клинков работы этих мастеров штампа нет. Вероятно, работая в этих арсеналах, они продолжали изготавливать тамахаганэ гэндайто.
Ассоциация Морских Офицеров (Суйкося) также занималась
поставкой мечей. Военно-морское ведомство контролировало производство клинков,
о чем свидетельствует наличие маркировки «якорь в круге», принадлежавшей
морскому арсеyалу
Тоёкава (рис. 62 (XVI)).
Эти изделия относятся к типу абура яки-ир (закаленные в
масле) и, возможно, сделаны из нержавеющей стали. Другой штамп арсенала Тоёкава
— «якорь в цветке вишни» (рис. 62 (XVII)) считается морским эквивалентом армейского штампа «Сё»39.
Но это, по всей вероятности, ошибочная точка зрения, ибо в таком случае он
встречался бы повсеместно, в то время как он присутствует только на гарнитуре
морских мечей и кортиков, а на хвостовиках клинков не обнаружен. На клинках также
не выявлено марки, относящейся к Ёкосука.
Известно, что в послевоенные годы распространилась практика
удаления военных штампов с хвостовиков клинков, чтобы ввести коллекционера в
заблуждение относительно возраста меча. Тем самым старались убедить, что клинок
изготовлен ранее периода Сёва и не является продукцией военного времени. Это
можно выявить по маленьким областям подозрительной или искусственной ржавчины,
а также по следам напильника над надписью.
Бумажные ярлычки
Иногда встречаются лакированные ножны периода Сёва (т.t. после 1926 г.) с
приклеенными к ним маленькими бумажными ярлыками. Такие ножны часто помещены в кожаный походный
чехол.
Выявлено только два типа подобных ярлыков, причем попадаются
они очень редко.
(I)
Круглый сине-белый ярлык с надписью по-английски и по-японски. Надпись
читается: «Общество ножовщиков Сэки. Сэки Гифу кэн (т.е. префектура Гифу).
Япония. (Выпущен)». Найден один клинок, к хвостовику которого приклеен идентичный
ярлык. Использование английского языка и включение слова «Япония», очевидно,
указывают на экспортный образец, чем, впрочем, никак не объяснить наличие
ярлыка на мече. Возможно, это — довоенные образцы ярлыков, но использованные
после прекращения обычного экспорта японских мечей на Запад.
(II)
Иногда упомянутое выше общество прикрепляло на лакированные ножны золотые
инспекционные наклейки или ярлыки качества. На них стоят три ряда маленьких
тисненых кандзи (иероглифы), обычно плохо различимых или затертых походным
чехлом (см. рис. 61 (XXXIV)).
Все, за исключением двух верхних иероглифов слева, переведены и читаются
следующим образом: «Кэнса»...? (инспекция?); «Сэки Хамоно Когё Кумиfи (Промышленное Общество
Ножовщиков Сэки); Гифу Кэн Сэки Тё (город Сэки в префектуре Гифу). Возможно, в
начале 40-х гг. такие ярлыки заменили тип (I).
Какихан (или Као)
Квалифицированный кузнец мог сохранять традицию высекания на
хвостовике своей личной стилизованной отметки, известной как «какихан». Она была
уникальной у каждого мастера, и ее вполне можно считать «печатью ремесленника
или художника». Какихан нельзя прочесть как обычный японский иероглиф или имя.
Форма такой марки весьма специфична.
На рис. 63 показано несколько примеров, обнаруженных на
подписанных клинках периода Сёва. Какихан помещается под подписью кузнеца. Судя
по всему, ставились подобные «росписи мастера» только на тамахаганэ гэндайто и
гэндайто из фабричной стали. Очень редко какихан встречается на клинках,
имеющих армейские штампы (регистрационный или инспекционный).
Печати (Кокуин)
Для кузнецов рангом чуть ниже «Дзюмэй тосё» (искусный мастер
меча), а также для идентификации школы или кузницы существовала другая система маркировки
с использованием штампованной печати. Как правило, она представляет собой вдавленный
картуш, расположенный под надписью на хвостовике и содержащий обычно один или
оба иероглифа имени мастера. Такая печать ставилась на раскаленный докрасна
хвостовик, поэтому коллеционеры часто называют ее «горячим штампом».
Образцы показаны на рис. 64. Они относятся к клинкам периода
Сёва. Судя по всему, их ставили на лучших изделиях типа хан-танрэн или сунобэ абура
яки-ирэ (а возможно, и на гэндайто из фабричной стали). Хотя сами по себе они
встречаются не часто, но, как правило, присутствуют на хвостовиках в сочетании
с инспекционными и регистрационными военными штампами. Возможно, эти печати
использовались квалифицированными армейскими кузнецами (Рикугун тосё), которые
возглавляли мастерскую или исполняли роль старшего мастера кузницы. Кузнец,
впрочем, не всегда ставил свою печать. Возможно, так он штамповал свои лучшие
изделия или клинки, сделанные без помощи других, например, без учеников.
Однако идентифицирующий штамп такого рода иногда встречается
и на некоторых образцах, изготовленных одной из ассоциаций гэндай — Токивамацу
танрэн кэнкю дзё.
Надписи на хвостовике
Любой кузнец мог выгравировать свое имя, а часто и город или
провинцию, где он работал. Если клинок подписан с двух сторон, одна надпись скорее
всего, обозначает дату производства.
Кузнецы периода Сева отказались от традиции подписываться с
определенной стороны в соответствии с типом меча, для которого клинок
предназначен. Если направить клинок вперед и держать его лезвием вниз, то имя
мастера ставили в случае с катана и вакидзаси на левой стороне хвостовика, а
тати на правой. Кузнец мог несколько раз в течение жизни менять
«профессиональное имя (нанори). Информация об этом содержится в специальных
справочных изданиях на японском и английском языках, к которым мы и отсылаем
читателя. К сожалению, очень мало известно или пока опубликовано о жизни большинства
кузнецов периода Сёва, особенно о мастерах среднего уровня.
Замечено, что на определенных клинках стоят идентично
оформленные надписи, в то время как естественно было бы ожидать, что в каждой
подписи мастера могут быть некоторые вариации в исполнении черт иероглифов или
взаимном расположении их на хвостовике. Особенно это заметно на ряде
подписанных клинков Мантэцу. Можно утверждать лишь то, что различными шаблонами
(вплоть до наложения отпечатанных на рисовой бумаге надписей) пользовались
далеко не выдающиеся мастера.
В надписях на хвостовиках может содержаться дополнительная информация, которая повышает интерес к изделию и соответственно его стоимость40. Она может быть следующей: (I) метод изготовления и тип стали; (II) место, где был сделан клинок, например, храм; (III) религиозная или патриотическая фраза или лозунг; (IV) сведения о заказчике или о человеке, кому предназначается меч; (V) дарственные надписи.
Убу-ха
Режущий край под хабаки (воротник на основании клинка) может быть тупым, причем незаточенная часть может простираться и на небольшое расстояние выше хабаки. Эта незаточенная часть лезвия у основания клинка называется убу-ха. Ее наличие помогает идентифицировать клинки периода Сёва. Следует учесть, однако, что такая особенность присуща не только изделиям Сёва, но встречается на некоторых клинках Синто и Кото. Эта часть лезвия преднамеренно не заостряется полировщиком, хотя не совсем понятно, почему он так поступает. Возможно, основанием для такой заточки является одно из следующих предположений: (I) предотвращение раскалывания хабаки41; (II) нефункциональность данной части лезвия; (III) предотвращение раскола клинка или откола части лезвия; (IV) создание сбалансированного перехода от толстой части хвостовика к более тонкой полосе клинка. При повторной (или многократной) полировке клинки обычно теряют эту черту, поэтому для ранних экземпляров она не очень характерна. Изготовленные в военное время мечи с первоначальной полировкой чаще всего сохранили эту особенность, хотя и не все.
Продолжение статьи. Часть III (окончание) >>
Информация взята из книги Ричарда Фуллера "Японское военное и гражданское холодное оружие".